Эксперты

Режиссер Борис Павлович: «Инклюзивный театр стремится стать профессиональным»

Опубликовано: среда, 14 марта 2018 г.

Лаборатория инклюзивного театр «Действие Буквально» -  один из проектов, поддерживаемых программой «Новые гражданские Инициативы» Фонда Сорос – Казахстан. Такие проекты формируют у зрителя интерес и лояльность к инклюзивному движению, которое в Казахстане только-только начинает зарождаться. Инклюзивный театр может стать стартовой площадкой для профессионального развития актеров с разными возможностями. Работая вместе профессиональные актеры и подопечные общественных фондов с особенностями развития могут открыть для себя новые театральные формы, по-новому взглянуть на актерскую игру.

В феврале известный российский театральный режиссер Борис Павлович приехал в Алматы, чтобы провести на площадке лаборатории инклюзивного театра «Действие буквально» практические занятия по актерскому мастерству для людей с ментальными особенностями. Это – второй этап лаборатории «Действие буквально», реализуемого при поддержке программы «Новые гражданские инициативы» Фонда Сорос-Казахстан и объединяющего людей с особенными потребностями и профессионалов театра, музыки и визуальных искусств. Вместе они работают, делятся друг с другом своим видением театральной игры и создают первую инклюзивную сцену в Казахстане.  

Интенсивы проходили с начала года в культурном пространстве Трансформа и на малой сцене театра ARTиШОК. Сюда своих детей приводили сами родители. Переступив порог театра, их дети становились взрослыми, становились актерами.

«Родители остаются в фойе, а на сцену выходят только участники процесса», – говорит режиссер и преподаватель Борис Павлович, 4 года работающий с людьми с ментальными особенностями. Год назад он уже приезжал в Алматы как педагог инклюзивного проекта.

«Инклюзивный театр – отчасти профессиональный. Важно, что половина участников – профессионалы театра или смежных дисциплин, современного искусства, они вкладывают свой профессионализм в этот проект. Также есть люди, которые не являются профессионалами, в данном случае – это ребята – подопечные фондов. Можно сказать, что этот проект стремится стать профессиональным. Если задача исследования сформирована так, что в ней должны быть непрофессионалы, то с этого момента они становятся полноправными участниками этого исследования. Задачи исследования не носят случайный характер – в нем есть закономерности процесса, поэтому, несмотря на то, что наш проект находится на стыке между профессиональным и непрофессиональным, можно говорить, что он имеет направление стать профессиональным исследованием. Я всегда находился между профессиональным и любительским театром. Обычно это были дети – у меня была своя школьная студия. Когда я стал главным режиссером в Кировском ТЮЗе, у меня была своя студенческая лаборатория с не театральными студентами. Мы занимались разными вещами, потому что студентам было интересно совсем не то, что было интересно профессиональным актерам. Вернувшись в Петербург, я стал заниматься социальными проектами в БДТ имени Г.А. Товстоногова, и центр «Антон тут рядом» предложил поработать с людьми с аутизмом. Выяснилось, что это очень естественное продолжение этого пути», – рассказывает Борис Павлович.

В декабре 2015 года Большой драматический театр им. Г.А. Товстоногова совместно с центром социальной абилитации, обучения и творчества для взрослых людей с аутизмом «Антон тут рядом» представил инклюзивный спектакль «Язык птиц». Тогда на сцену вместе с профессиональными актерами вышли люди с особенностями развития – подопечные центра. Спектакль стал номинантом театральной премии «Золотая маска», а режиссер Борис Павлович получил специальную премию жюри «Прорыва». Этот спектакль можно считать точкой отсчета инклюзивного театра:

«В России схожая с Казахстаном ситуация, но уже сделан первый шаг. Не могу ничего сказать об образовании – я не занимаюсь образованием, но в культуре появилось несколько проектов, которые являются паритетными между людьми с инвалидностью и без. И надо сказать, что к этим проектам наблюдается большое внимание. Если они художественно состоятельны, то они очень резонансны и их оценивают как любые другие спектакли: кто-то хвалит, кто-то ругает».

Социальный и инклюзивный театр Борис считает естественным продолжением своей работы:

«Всегда интересно черпать энергию там, где еще не топчется толпа народу. Интересно заниматься вещами, которые ты сам для себя можешь открыть, самостоятельно узнать, как они работают. Если все уже тысячу раз поставили «Три сестры» или «Ромео и Джульетту», то готовясь к тысяче первой постановке, ты должен всех переплюнуть, сделать свою интерпретацию, и это требует неких затрат. Если ты разговариваешь с человеком о теме, которая для вас обоих новая, то вы не оригинальничаете, вы действительно пытаетесь что-то выяснить. Мне всегда было интересно заниматься театром с людьми, для которых он – новинка, потому что это позволяет тебе самому освежить восприятие сцены, сценического взаимодействия. Это натяжение между профессионалом и неофитом – человеком, который вышел и ничего не умеет, но ему все интересно. Это два аспекта, без которых театр не стоит. Когда мы впервые приходим – мы ничего не умеем, мы беспомощны, быстро устаем, не знаем, куда руки деть. Спустя время мы приобретаем навыки, знания, технологию – мы привыкаем и теряем свое восприятие. И то и другое – проблема. Ежи Гротовский говорил об искусстве дебютанта: актер, выходящий на сцену всегда должен быть дебютантом, он всегда должен выходить и пробовать впервые. Станиславский говорил, что «все – как в первый раз» – это такая мантра, которая в театре все время звучит, и каждый ищет свой путь к этому «первому разу». «Первый раз» интересует меня не только в театральных элементах, но и в восприятии жизни, в целом: когда видишь человека в первый раз, на руку свою смотришь в первый раз»,– объясняет режиссер после окончания занятий.

Тренинги, проводимые в рамках лаборатории «Действие буквально», нацелены на раскрытие начинающих актеров с особенностями развития, поиска ими своего языка: «Люди с аномальным телом, аномальным мышлением видят мир не таким, каким его вижу я, поэтому, когда мы взаимодействуем, мы друг для друга большая новость – у меня ломается шаблон восприятия и у него ломается шаблон восприятия. Мы друг для друга размыкаем привычный мир. Мне кажется, что это очень важно», – убежден Павлович.

Работа в инклюзивном театре требует полной отдачи процессу. Участники работают вместе или по двое, в зависимости от задания. Одно занятия длится 2,5 часа с небольшими перерывами. Дисциплине и настрою здесь уделяется большое внимание:  

«Бывает по-разному: иногда удается поработать полтора часа, иногда минут 40. Это зависит от того, какая деятельность. Если она требует большой концентрации и техники, то через полчаса уже все выдыхаются. Если это больше творческий процесс, то время пролетает незаметно. В инклюзивной работе ты и сам быстрее устаешь, потому что все время нужно быть включенным в процесс. Нет такого момента, когда я, как режиссер, могу сказать: «Ребята, вы продолжайте. Я посмотрю со стороны». Все время внутри, все время включен. У нас 2,5 часа длится занятие, но оно как целый рабочий день», – признается режиссер.

Инклюзивный театр – подвижная форма искусства. Здесь не всегда срабатывают законы привычной драматургии. Функции драматурга, говорит Павлович, в инклюзивном спектакле меняется, так как «драматургические схемы разбиваются»:

«Все будет не так (как задумано – Прим). По большому счету вся драматургия – режиссерская. Режиссер говорит: «Давайте попробуем вот такую ситуацию». Конечно, драматург может быть очень полезен: он может сочинить какую-то ситуацию. Драматург может работать как наблюдатель, чтобы фиксировать какие-то вещи, как человек, который может слышать слово; чтобы записывать какие-то неожиданные фразы ребят. По большом счету – это больше импровизационная работа, поэтому функция драматурга уходит на второй план», – заключает Борис Павлович.

Этой весной – 17 и 25 марта, а также 22 и 29 апреля состоятся еще два практических модуля с Борисом Павловичем и ведущими театральными профессионалами из России: Михаилом Дурнековым, Алиной Михайловой и Никой Пархомской.  В промежутке участники лаборатории занимаются самостоятельно один-два раза в неделю. Итогом лаборатории создатели и партнеры надеются, станет первая профессиональная казахстанская инклюзивная театральная постановка.